Вив Дэниэлс - Только ты [ЛП]

Я втянула воздух, сделав глубокий вдох, будто бы таким образом мои легкие, моя душа могли поглотить его слова.

— Я тоже люблю тебя, — прошептала я.

Мы приняли душ и оделись, а после я ждала Дилана, который собирал вещи для поездки домой в Пенсильванию. На завтрак мы доели остатки пахлавы, и по дороге Дилан подбросил меня домой. Во время поездки мы обсуждали, кому и что необходимо успеть сделать до окончания проекта, и какие шаги мне нужно предпринять для подачи заявки на стажировку в Колорадо. Мы строили грандиозные планы нашего будущего.

И я действительно верила, что оно у нас будет.

Глава 22

Следующие несколько недель пролетели словно в тумане: пары, лабораторные и заключительный этап подготовки к симпозиуму. Дни напролет я работала и училась бок о бок с Диланом, а большинство ночей проводила в его объятиях. Моя мама даже и не думала что-либо говорить мне по этому поводу в те немногие разы, когда мы в одно и то же время оказывались в нашей квартире. Она прекрасно знала, что большинство ночей я проводила вне дома, но вряд ли у нее было моральное право делать мне замечания. В отличии от нее я спала со свободным парнем. В отличии от нее я была осторожна.

Из-за нечастого присутствия дома я совсем не видела отца, что меня вполне устраивало. При каждой нашей с ним встречи мои мысли возвращались к Ханне. Мне хотелось узнать у него, всё ли с ней в порядке. Как обстоят дела с ее щитовидной железой? Что с ее сердцем? Не слишком ли сильную боль причинил ей разрыв с Диланом? Но, разумеется, я этого не делала.

— Мама сказала, что у тебя появился молодой человек, — спросил меня однажды отец, пока я складывала постиранное белье на диване. Редко случалось, что мы с ним оставались наедине. Если он не собирался провести время с мамой, то практически и не заглядывал к нам. — Как обстоят дела?

— Хорошо. — Надеюсь, мама не проболталась, что моего приятеля зовут Дилан. — Он, как и я, учится на младших курсах в Кантоне.

— Это хорошо. — Он колебался. — Мама также сказала, что он очень вежливый молодой человек. Надеюсь, он к тебе хорошо относится?

Сейчас как раз тот самый момент, когда нормальный отец выразил бы желание познакомиться с парнем, с которым встречается его дочь. Но, само собой, это не наш случай.

— Он хорошо ко мне относится, — ответила я холодно. — У меня постоянные моногамные отношения с парнем, который не лжет мне или кому-либо еще. Это всё, о чем я могла просить.

Отец проигнорировал мою реплику, и после этого разговора мы не виделись больше недели.

Я знала, долго так продолжаться не может. В конце концов, мне придется назвать отцу имя своего бойфренда. Наверное, если летом мне удастся получить стажировку в Колорадо, мне придется сообщить родителям, что жить я собираюсь со своим парнем. Или, возможно, осенью, если нам удастся продлить договор на квартиру за пределами кампуса. Или через несколько лет, если наши отношения станут очень серьезными, и мы решим пожениться.

Вероятно, мне не стоит забегать настолько вперед. Но наступит день, когда отцу придется познакомиться с моим мужчиной, верно? Установят ли мои родители в этом случае очередное правило?

Тем не менее, я редко позволяла мыслям об отце или о Ханне вторгаться в мое новоявленное состояние блаженства, которое я нашла в компании Дилана. Всё вокруг засияло яркими красками: мои смены в ресторане перестали быть напряженными, намного проще стала переноситься учебная нагрузка, легче было смириться с постоянно уменьшающимся банковским счетом. Бывало, вечерами мы куда-то выбирались с друзьями. Сильвия склонилась к тому, что она обожает Дилана, даже Элейн стала дружелюбнее к нему относиться. В конце концов, она освоилась со своими предметными курсами, и ее конкурентная жилка пошла на убыль. Я наконец-то почувствовала, что у меня появились друзья на кафедре биоинженерии, образовался круг общения в Кантоне.

Разумеется, Дилан, был настроен весьма оптимистично. По его мнению, мы одержим победу на симпозиуме, получим деньги, одинаковую работу в «Солариксе» и отличные оценки. Каждую ночь он признавался мне в любви, и каждую ночь я отвечала ему тем же, это стало своего рода нашим талисманом перед неизвестным будущем. Мысли о том, что нас постигнет неудача и ничего не получится, я отметала прочь. Если не удастся устроиться на эту работу, если мы не победим на симпозиуме, если моя мама упомянет имя Дилана при отце, и он сложит два и два...

Но всё произошло не так, как хотелось.

Даже после того, как мы закончили работу над нашим проектом и передали его на рассмотрение комиссии, дел не уменьшилось. На носу маячили финальные экзамены, и мы с Диланом проводили каждую секунду, склонившись над учебниками.

Однажды мама задерживалась на своих ежемесячных встречах по искусству, и Дилан пришел ко мне домой, прихватив с собой учебники и китайскую еду. Я лежала, свернувшись калачиком на диване, Дилан на кухне готовил напитки, когда послышался звук вставляемого в дверь ключа. Я едва успела поднять глаза, как дверь открылась и на пороге появился отец.

— О, привет, Тесс, — поздоровался он. — Твоя мама…

Должно быть, на моем лице отразилось некие отвратительные, неописуемые, перепуганные эмоции, потому что его голос тут же смолк, словно я переключила канал. В тоже мгновение появился Дилан с двумя стаканами воды и уставился на моего отца.

— Мистер Свифт? — последовал простой вопрос. Вот так просто.

— Простите, — отрывисто произнес отец. — Должно быть, ошибся дверью. — И тут же ушел, захлопнув за собой дверь, ничего не задев и одновременно разбив всё вдребезги.

Костяшки на руках, в которых я держала ручку, побелели, а язык примерз к гортани. В голове лихорадочно вертелись мысли, словно колеса на обледенелой дороге — пятьдесят тысяч оборотов в минуту и ни одной полезной.

Дилан повернулся ко мне с недоуменным выражением на лице.

— Ты знаешь этого человека?

— Нет, — произнесла я голосом, в точности похожим на мой. Сейчас я была очень далеко отсюда, проваливалась в так называемую черную дыру, образовавшуюся под действием гравитационного коллапса существующих правил.

— Но он пришел в твой дом.

— В квартиру. — Я опустила глаза на учебник, лежащий на коленях. — Просто ошибся дверью. Такое часто случается. Все эти двери снаружи выглядят одинаковыми.

Когда я все-таки снова нашла силы взглянуть на Дилана, то увидела, что он не сводит с меня взгляда, выглядя еще более озадаченным. Услышал ли он, как отец назвал меня по имени, как он спрашивал про маму? Его аналитический ум анализировал данные, пытаясь сопоставить их с моей версией. Я и подумать не могла, что такое может произойти.